setwalls.ru 5685 33

изображение из интернета

Не так давно было объявлено о том, что президент России Владимир Путин подписал указ о создании Главного военно-политического управления, которое займется морально-политическим воспитанием рядового и офицерского состава. Его возглавил бывший командующий войсками в Сирии и экс-командующий Западным военным округом генерал-полковник Андрей Картаполов, который заявил о предстоящем строительстве главного храма Вооруженных сил в парке «Патриот». Он будет высотой 95 м, а его вместимость составит 6 тыс. молящихся. «Это будет абсолютно грандиозное сооружение», - подчеркнул Картаполов. Храм будет называться в честь Воскресения Христова. В нем будет несколько приделов, посвященных видам Вооруженных сил, родам войск и их небесным покровителям. К примеру, небесный покровитель Сухопутных войск - святой благоверный князь Александр Невский, Воздушно-космических сил и ВДВ - святой пророк Илия, Военно-морского флота - святой Андрей Первозванный. Что касается персонализации храма, если так можно выразиться, то там будут имена и полководцев, и простых солдат, прославившихся на полях сражений. В том числе и новомучеников российских, а также бойцов и командиров, погибших в Сирии.

 

Там же, рядом с храмом, предполагается создание и центра подготовки военного духовенства. «Только сегодня обсуждали эти вопросы на совещании с участием заместителя министра обороны Тимура Иванова», - добавил Андрей Картаполов. «Этот храм станет примером единения всего нашего народа», - убежден генерал.

После подобного интервью мы, военные юристы, зададимся резонным вопросом, а возможно ли «единение всего нашего народа» в условиях, когда нация разъедается непримиримыми противоречиями вследствие разрушительной политики финансовой олигархии, ее коррумпированной бюрократии, которые являются виновниками массовой безработицы, нищеты, трагических катастроф и вымирания населения страны?

Нет, конечно!

Как известно, религиозные идеологи   всегда помогали господствующим слоям сохранить своё привилегированное положение в обществе и удержать в повиновении массы, приучая их к терпению и покорности. В наши дни эта социальная практика принципиально не изменилась: чиновники во власти не только допускают, но, по существу, поощряют клерикализацию общества, и, прежде всего, таких важнейших сфер жизни, как школа, правоохранительные органы и Вооруженные силы.

Сегодня многие люди не находят поддержки даже в Конституционном Суде, который способствует сохранению правящей группой существующего несправедливого порядка жизни1. По мнению Н.В. Витрука2, «господствующая государственно-политическая элита коррумпирована и признавая незыблемость несправедливой, криминализированной «приватизации», отрицает всякую возможность национализации ряда отраслей производства. Примером этому является отказ от введения прогрессивного налога на доходы, получаемые олигархическим капиталом – хотя бы в условиях финансового кризиса, в то время как растёт число миллиардеров»3.  А по мнению Б.А. Страшуна, «наш конституционализм можно назвать не только имитационным, но и коррупционным»4.

Кризис современного конституционализма, как подчеркивают исследователи, обусловлен так же и тем, что сегодня значительно возрастает количество угроз правам человека. Так, нарушается конституционный принцип светского государства и равноправия религиозных конфессий, гарантированный 14-ой статьей Конституции РФ. Это ведет к негативным последствиям в плане взаимоотношений последователей разных конфессий и создает угрозу для их мирного сосуществования в стране.

 В монографии «Российский конституционализм» О.Е Кутафин справедливо заметил, что «возрастающее влияние церкви в нашей стране чувствуется везде - и в системе образования, и в вооруженных силах, и в пенитенциарной системе».  Всесторонний анализ фактов позволил автору сделать неоспоримый вывод: «Надо сказать, что сегодня православие в нашей стране зачастую воспринимается всего лишь как замена прежней коммунистической идеологии. Оно пытается занять пустующую нишу борьбы за справедливость в умах людей, что едва ли служит делу обеспечения идеологического разнообразия в нашей стране»5.

Сегодняшние антиконституционные тенденции законотворчества противоречат конституционно-правовым основам светского государства, т. к. принцип отделения религиозных объединений от государства для военной службы как разновидности государственной службы означает, что религиозные объединения не участвуют в организации и осуществлении военной службы, не оказывают какого-либо влияния на деятельность военнослужащих.

Органы военного управления войсковыми объединениями, соединениями, воинскими частями состоят из воинских должностных лиц, осуществляющих функции командования, которые в соответствии с п. 4 ст. 4 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» не вправе использовать своё служебное положение для формирования того или иного отношения к религии. Вместе с тем, серьёзным препятствием на пути реализации свободы совести в органах военного управления является введение в штаты Минобороны России должностей помощников командиров по работе с верующими военнослужащими.

24 января 2010 г. министр обороны РФ Анатолий Сердюков утвердил Положение по организации работы с верующими военнослужащими ВС РФ, которое 1 марта 2011 г. появилось в Интернете на одном из клерикально-черносотенных сайтов (http://kapellan.ru/), грубо при этом нарушив п. 3 ст. 15 Конституции РФ, в соответствии с которым «любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения». Более того, целый год Минобороны России скрывало от российской общественности указанное Положение. Попытки научно-экспертного сообщества ознакомиться с данным нормативным правовым актом успеха не имели (http://razumru.ru/atheism/society/ivaneyev02.htm).

Руководящие документы утверждают светский характер системы военного образования, говорят о необходимости формирования научного мировоззрения у военнослужащих, где основой такого мировоззрения, должно выступать научное знание, которое служит основанием убеждений и поступков человека, но тем не менее «сегодня РПЦ МП выполняет не только идеологическую функцию, но стремится влиять на вопросы исключительно государственной компетенции: комплектования войск и кадрового назначения. В определенной степени ей удается влиять на вопросы комплектования Вооруженных Сил, продвижения вверх по служебной лестнице на начальствующие должности старших офицеров и генералов, которые, будучи неофитами, лоббируют в армии церковные интересы. Свобода совести ими ошибочно понимается не как свобода мировоззренческого выбора, а как свобода вероисповедания. Она реализуется посредством организации взаимодействия с религиозными организациями.

А так как это взаимодействие в основном строится на сотрудничестве с Русской православной церковью Московского патриархата (РПЦ МП), то и реализация свободы совести в войсках понимается как установление тесного сотрудничества с РПЦ. Кроме того, свободу совести военное руководство Минобороны России понимает и трактует не только как удовлетворение религиозных потребностей военнослужащих, но прежде всего, как осуществление духовно-нравственного, патриотического воспитания. Духовно-нравственное, патриотическое воспитание воинов армии светского государства делегировано так называемым «традиционным» религиозным организациям, в первую очередь РПЦ МП. Не случайно такая установка на воспитание сопровождается коллективными богослужениями и строительством на территории воинских частей православных храмов только Московского патриархата. Это санкционировано и официально организуется командованием воинских частей и соединений, несмотря на то, что эта практика противоречит российскому законодательству» (см.: Свобода совести: проблемы теории и практики: Монография / Под ред.: Бурьянов С.А., Рудинский Ф.М. - М.: ЗАО ТФ «МИР», 2012. - 1120 c.).

И примером этому является последнее интервью заместителя министра обороны – начальника Главного военно-политического управления Андрея Картаполова в еженедельнике «ВПК», который говоря о характере внешних и внутренних угроз национальной безопасности России ставит вопрос о необходимости осуществления в ближайшие годы дополнительных государственных мер по укреплению морального-психологического потенциала страны и повышения престижа военной службы через утверждение клерикально-черносотенной идеологии.

Имеются основания с большой долей скептицизма отнестись к выводам генерала Андрея Картаполова по перспективе поиска им ответов на вызовы глобальной безопасности вообще и в Сирии, в частности, после его утверждения о «библейской сирийской земле». Квинтэссенцией данного интервью заместителя министра обороны – начальника Главного военно-политического управления Андрея Картаполова в еженедельнике «ВПК» является то, что гуманизм процесса размежевания террористов и вооруженной оппозиции на юге Сирии возможен для понимания только через призму библейской мифологии.

Для любого современного человека понятно, что нельзя заменять религиозно-окрашенной политикой реально необходимые цивилизации способы преодоления ее проблем. Для генерала же Андрея Картаполова ровно все наоборот. Он утверждает: «то, что сейчас происходит в Сирии, можно считать очередным актом войны за ясли Господни».

Но ведь это утверждение вступает в противоречие с Положением об органах воспитательной работы Вооруженных Сил Российской Федерации (Приложение N 1 к Приказу Министра обороны Российской Федерации от 11 марта 2004 г. N 70), т.к. «органы воспитательной работы в своей деятельности руководствуются Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами, федеральными законами, указами и распоряжениями Президента Российской Федерации, постановлениями и распоряжениями Правительства Российской Федерации, приказами и директивами Министра обороны Российской Федерации, его заместителей, директивами Генерального штаба, а также настоящим Положением», а значит не соответствует конституционно-правовым основам светского государства. (http://www.ng.ru/ng_religii/2018-09-18/12_16_minoborony.html).

Таким образом, в условиях правового нигилизма и инфантилизма в органах военного управления создание нового идеологического гибрида и возвращение в российскую армию замполитов не улучшит ситуацию по поддержанию уровня морально-психологического состояния военнослужащих, правопорядка и воинской дисциплины.

 

Сергей Савилов, преподаватель кафедры ГиСЭД Военного учебно-научного центра Сухопутных войск «Общевойсковая академия ВС РФ»,                                         Сергей Шляпников, преподаватель кафедры ГиСЭД Военного учебно-научного центра Сухопутных войск «Общевойсковая академия ВС РФ»                                                                 

1Денисов С. А., «Защита Конституционным Судом РФ принципов демократии и республики», «Конституционное и муниципальное право», № 12 – 2009.

2 Конституционализм: идеал и/или реальность: Сборник материалов дискуссии за круглым столом 4 февраля 2011 г./Под ред. Б.А. Страшуна, И.А. Алебастровой. – М.: Институт права и публичной политики, 2012. – 255 с. – (Серия «Современные конституционные исследования»).

3 Там же на стр. 36 в докладе Н.В. Витрука «Конституционализм: реальный или имитационный?».

4 Там же на стр. 28 в докладе Б.А. Страшуна «Конституционализм: идеал, реальность и возможная перспектива».

5 Кутафин О.Е., Российский конституционализм. М.: Норма, 2008. – 258 стр.